UA

Зоны АТО. Что происходит с тюрьмами оккупированного Донбасса

Зоны АТО. Что происходит с тюрьмами оккупированного Донбасса  - Фото
f39a65b11aea0e82b0eab997e5ee4573.jpg
17.12.2014, 07:30

На оккупированной территории заключенные покупают свободу и воюют на стороне боевиков. Оставшиеся в заключении голодают и хоронят сокамерников

Украинские власти не скрывают, что судьба заключенных, отбывающих срок в исправительных учреждениях, подконтрольных боевикам, им неизвестна. В ответе Государственной пенитенциарной службы Украины на запрос ЛІГАБізнесІнформ указано, что связь с колониями на оккупированных территориях ограничена, отсутствуют данные о численности тамошних узников. Вопрос о количестве колоний на оккупированной территории ГптС проигнорирован. Однако известно общее количество заключенных в Донбассе: в Донецкой области свыше 13 тыс. человек, в Луганской - почти 7 тыс., то есть, всего более 20 тыс. человек. Эти регионы, к слову, являются лидерами в Украине по количеству осужденных - на них приходится почти четверть всех узников в Украине.

В отличие от официальных органов, бывшие чиновники более откровенны. По словам экс-председателя Государственной пенитенциарной службы Украины Сергея Старенького, в целом в Донецкой области 20 исправительных учреждений, в Луганской - 16. Из них под контролем вооруженных сепаратистов пребывает 30 колоний и следственных изоляторов - по 15 в каждом регионе. Данные Старенького по Луганской области подтверждает заявление губернатора Геннадия Москаля, сделанное в начале декабря. "Практически все колонии по содержанию заключенных в Луганской области находятся на территории, контролируемой боевиками, - сказал глава Луганской ОГА. - На нашей территории есть только одна колония для заключенных - в поселке Чернухино". Персонал пенитенциарной службы на оккупированных территориях в большинстве своем уволился, те, кто остался - лоялен к сепаратистам или арестован. В начале декабря, к примеру, боевики похитили руководство пенитенциарной службы Луганской области. К счастью, позже чиновников отпустили.

Всего, по приблизительным подсчетам Старенького, в руках боевиков ДНР/ЛНР оставалось около 17 тыс заключенных, с учетом новых сидельцев, упрятанными за решётку уже в оккупации.

Как говорят общественные активисты, контактирующие с колониями, сегодня эта цифра (17 тыс.) может быть меньше, так как часть заключенных боевики отпустили. "Около двух тысяч человек взяли в руки оружие, и пошли воевать против украинской армии. Как правило, это рецидивисты и люди, осужденные за тяжкие преступления", - такую оценку корреспонденту ЛІГАБізнесІнформ дали два источника, знакомых с ситуацией в тюрьмах на подконтрольных оккупантам территориях. Таким образом, они подтверждают заявления СНБО о том, что боевики пытаются сформировать новые банды из бывших арестантов. Впрочем, по информации Старенького, массового перехода заключенных на сторону боевиков все-таки нет, речь идет не более чем о десятках людей в каждой колонии. Хотя о фактах, когда бандиты приезжают в колонии и, угрожая оружием, освобождают своих знакомых, ему известно. Как и о случаях расправы над сидельцами по заказу родственников жертв.

В числе тех, кто согласился воевать на стороне ЛНР, мог быть и Вадим Болотских, осужденный к пожизненному заключению за организацию и исполнение убийства влиятельного донецкого бизнесмена и политика Евгения Щербаня. Подобная информация уже давно муссируется в медиа и соцсетях. Еще летом ходили слухи о том, что он сбежал с колонии. Тогда в пенитенциарной службе заверили, что это не правда. Тем не менее, сегодня в ГПтС отказались отвечать на вопрос ЛІГАБізнесІнформ о том, был ли Болотских освобожден из колонии боевиками, сославшись на закон о защите персональных данных. Из ответа следует, что для сообщения о побеге (или не побеге) заключенного требуется заручиться разрешением самого осужденного.

Некоторые заключенные выбираются с оккупированной территории и приходят с повинной в Украине - на них ответственность за побег в этом случае не распространяется 

Определенное количество невольников в оккупированных тюрьмах были выкуплены. Если верить активистам, которые занимаются освобождением заложников в Донбассе, освобождение одного узника стоит от 5 тыс. до 20 тыс. грн. Деньги для многих немалые, а гарантий и официальных бумаг об освобождении не дают, поэтому не все воспользовались данной "услугой". Точных данных относительно численности откупившихся нет, но, как уверяют собеседники, это около тысячи человек. По их словам, в колониях Донбасса сидит свыше полутора тысяч человек, попавших под амнистию или условно-досрочное освобождение. Несколько сотен удалось вытащить путем частных переговоров и личных договоренностей.

Судьба остальных, чей срок заключения не подошел к логическому концу, по-прежнему не решена. Боевики нередко используют заключенных в качестве бесплатной рабочей силы, для захоронения трупов, к примеру. В СНБО говорят, что заключенные отказываются покидать территорию мест лишения свободы, хотя случаи побегов есть - как правило, после артобстрелов. Так было в августе, когда из Донецкой исправительной колонии №124 удрали более сотни человек, большая часть которых впоследствии вернулась. В бега подаются и в "наших" прифронтовых колониях. К примеру, в конце ноября боевики обстреляли исправительное учреждение в поселке Чернухино - был разрушен забор, сбежали четверо заключенных, осужденных за тяжкие преступления. Некоторые беглецы выбираются с оккупированной территории и приходят с повинной - на них ответственность за побег в этом случае не распространяется.

Тем не менее, массовых побегов из захваченных тюрем нет. У активистов свое объяснение: патриотизм осужденных и нежелание "записываться" в предатели. А вот у родственников заключенных есть своя версия, основанная на более приземленных мотивах. "У них нет желания лезть под пули и рисковать своей жизнью, а также не прельщает перспектива быть обвиненным в побеге, что увеличит срок отсидки", - рассказывает один из них.

Несмотря на то, что украинские власти продолжают обеспечивать исправительные учреждения провиантом, проблема с обеспечением в зонах стоит остро - нет медикаментов, не хватает угля, заключенные живут впроголодь. Проконтролировать доставку продуктов по оккупированной территории невозможно, а значит, нет гарантий, что они вообще доходят по назначению. Основными поставщиками еды стали родственники осужденных. О соблюдении условий содержания и прав осужденных говорить не приходится.

Лидеры сепаратистских анклавов, осознав, что с оставшихся обитателей казенных домов взять нечего (а сами "власти" ДНР/ЛНР не в силах их прокормить), 25 ноября заявили о готовности передать Киеву людей, отбывающих наказание на "их" территории. Реакции не последовало.

По словам Сергея Старенького, обеспечить безопасный коридор для вывода заключенных на "большую землю" невозможно, так как на оккупированной территории орудуют множество неподконтрольных банд. Есть два выхода: прямые переговоры, эвакуация осужденных или амнистия - перевод на условный срок, за исключением тех, разумеется, кому дали пожизненное заключение. Министр юстиции Павел Петренко, в подчинении которого находится пенитенциарная служба, заявил, что ведомство работает над этим вопросом, просто не афиширует это. С тех пор прошло три месяца. 

Вакансии
Больше вакансий
IT Project Manager
Киев Semantrum
Разместить вакансию
Комментарии
Последние новости
Популярное